В это время на Тверской всегда много народу. Как, впрочем, и на любой другой центральной улице. Пять часов вечера - кто-то спешит с работы домой, кто-то решил пройтись по магазинам, кто-то - просто прогуляться после окончания учебного дня. Тем более, что поздняя весна, вполне оформившиеся листики редких деревьев и запах тепла, обволакивающий густой волной с ног до головы, откровенно способствуют хорошему настроению и глубоко запрятанному чувству полной свободы, именно той абсолютной, нематериальной свободы от всего существующего, что никак не даётся естеству современного человека.

В моей руке полупустая бутылка ещё прохладного пива. Наверное, третья. А может - четвёртая. Какое это имеет значение, когда тебе просто хорошо, и ты бесцельно бродишь по тротуарам, включив музыку своего сердца на полную громкость, чтобы не слышать назойливого шума города. Клаксоны, голоса прохожих, рёв моторов - для меня этого не существует. Мне - хорошо.

Сотни людей безразлично проходят мимо меня; погружённые в собственные проблемы, они даже не догадываются о моём состоянии - меня будто бы и не существует вовсе, настолько я лёгок и практически прозрачен для их уставших взглядов. А они точно так же прозрачны для меня. Зачем мне чужая, искусственно выдуманная суета? Я свободен от неё. Мне - хорошо.

Запах тепла... Тягучим потоком он врывается в мои ноздри, проникает в мозг, прорастая в нём бесконечными полями цветов, беззастенчиво смешиваясь с музыкой сердца - он сам практически музыка, он не мешает, отнюдь; гармоничнее него нет ничего на свете, он буквально пронизывает меня насквозь нескончаемыми ветвями берёз, соломинами трав, заливает триллионами капель летнего дождя... Я теряю остатки разума, делая очередной глоток пива. Эта колючесть пузырьков... Её придумал гений. И мне - хорошо.

Даже не удивляюсь, увидев твой приближающийся силуэт. Сперва он состоит из одной только походки и колыхания лёгкого платья на ветру, потом появляется подпрыгивающая при ходьбе причёска - такие милые завитушки волос, потом я вижу тонкие пальцы, ни единого кольца, ни единого браслетика, потом...

Твои глаза смотрят на меня в упор. Ты тоже узнала меня, хоть мы ни разу и не виделись... А может и виделись - во сне, например, но разве это вспомнишь? Музыка моего сердца внезапно сменяется абсолютной тишиной - любой звук кажется кощунством, когда любуешься искорками смеха в уголках твоих тонких губ. Мы стоим в полуметре друг от друга посреди тротуара, обтекаемые потоком пешеходов, спешащих по своим никчемным делам. Не отрываясь от твоих глаз, я протягиваю свою руку к твоей. Какая же ты красивая! И как долго я тебя ждал - ровно настолько долго, чтобы не сойти с ума при твоём появлении, а быть готовым ко встрече. Знать, что делать.

Я протягиваю свою руку к твоей. Так и нужно. И ты тоже это знаешь - только вот откуда? Да плевать, главное - прикоснуться к твоим пальцам... Сантиметр... Половина... И удар - не током, не укол иглой - а жестокий, чудовищной силы удар самое что ни на есть ниже пояса, удар безудержного счастья от обретения друг друга, удар, от которого мгновенно теряешь сознание, превращаясь в миллионы хрустальных капелек радости и любви. Мы с тобой теперь - единый организм, единая суть. Сверкая полированными гранями на весеннем солнце, мы вмиг щедро рассыпаемся по тротуару, чтобы через мгновение исчезнуть, оставив в глазах случайных свидетелей лишь недоумение, потому что так не бывает.

Одинокая бутылка пива катится по асфальту в сторону проезжей части.